|
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Чудеса в решете Немного погодя опять вошел незнакомец и принес с собой какую-то
странную вещь, похожую на ворота и на букву П. На перекладине
этого деревянного, грубо сколоченного П висел колокол и был
привязан пистолет; от языка колокола и от курка пистолета
тянулись веревочки. Незнакомец поставил П посреди комнаты, долго
что-то развязал и завязывал, потом посмотрел на гуся и сказал:
- Иван Иваныч, пожалуйте!
Гусь подошел к нему и остановился в ожидательной позе.
- Ну-с,- сказал незнакомец,- начнем с самого начала. Прежде
всего поклонись и сделай реверанс! Живо!
Иван Иваныч вытянул шею, закивал во все стороны и шаркнул
лапкой.
- Так, молодец... Теперь умри!
Гусь лег на спину и задрал вверх лапы. Проделав еще несколько
подобных неважных фокусов, незнакомец вдруг схватил себя за
голову, изобразил на своем лице ужас и закричал:
- Караул! Пожар! Горим!
Иван Иваныч подбежал к П, взял в клюв веревку и зазвонил в
колокол.
Незнакомец остался очень доволен. Он погладил гуся по шее и
сказал:
- Молодец, Иван Иваныч! Теперь представь, что т ы ювелир и
торгуешь золотом и брильянтами. Представь теперь, что ты
приходишь к себе в магазин и застаешь в нем воров. Как бы та
поступил в данном случае?
Гусь взял в клюв другую веревочку и потянул, отчего тотчас же
раздался оглушительный выстрел. Каштанке очень понравился звон,
а от выстрела она пришла в такой восторг, что забегала вокруг П
и залаяла.
- Тетка, на место!- крикнул ей незнакомец.- Молчать!
Работа Ивана Иваныча не кончилась стрельбой. Целый час потом
незнакомец гонял его вокруг себя на корде и хлопал бичом, причем
гусь должен был прыгать через барьер и сквозь обруч, становиться
на дыбы, то есть садиться на хвост и махать лапками. Каштанка не
отрывала глаз от Ивана Иваныча, завывала от восторга и несколько
раз принималась бегать за ним со звонким лаем. Утомив гуся и
себя, незнакомец вытер со лба пот и крикнул:
- Марья,, позови-ка сюда Хавронью Ивановну!
Через минуту послышалось хрюканье... Каштанка заворчала, приняла
очень храбрый вид и на всякий случай подошла поближе к
незнакомцу. Отворилась дверь, в комнату поглядела какая-то
старуха и, сказав что-то, впустила черную, очень некрасивую
свинью. Не обращая никакого внимания на ворчанье Каштанки,
свинья подняла вверх свой пятачок и весело захрюкала.
По-видимому, ей было очень приятно видеть своего хозяина, кота и
Ивана Иваныча. Когда она подошла к коту и слегка толкнула его
под живот своим пятачком и потом о чем-то заговорила с гусем, в
ее движениях, в голосе и в дрожании хвостика чувствовалось много
добродушия. Каштанка сразу поняла, что ворчать и лаять на таких
субъектов бесполезно.
Хозяин убрал П и крикнул:
- Федор Тимофеич, пожалуйте!
Кот поднялся, лениво потянулся и нехотя, точно делая одолжение,
подошел к свинье.
- Ну-с, начнем с египетской пирамиды,- начал хозяин.
Он долго объяснял что-то, потом скомандовал: "Раз... два...
три!" Иван Иваныч при слове "три" взмахнул крыльями и вскочил на
спину свиньи... Когда он, балансируя крыльями и шеей, укрепился
на щетинистой спине, Федор Тимофеич вяло и лениво, с явным
пренебрежением и с таким видом, как будто он презирает и ставит
ни в грош свое искусство, полез на спину свиньи, потом нехотя
взобрался на гуся и стал на задние лапы.. Получилось то, что
незнакомец называл "египетской пирамидой". Каштанка взвизгнула
от восторга, но в это время старик кот зевнул и, потеряв
равновесие, свалился с гуся. Иван Иваныч пошатнулся и тоже
свалился. Незнакомец закричал, замахал руками и стал опять
что-то объяснять. Провозившись целый час с пирамидой, неутомимый
хозяин принялся учить Ивана Иваныча ездить верхом на коте, потом
стал учить кота курить и т.п.
Ученье кончилось тем, что незнакомец вытер со лба пот и вышел,
Федор Тимофеич брезгливо фыркнул, лег на матрасик и закрыл
глаза, Иван Иваныч направился к корытцу, а свинья была уведена
старухой. Благодаря массе новых впечатлений день прошел для
Каштанки незаметно, а вечером она со своим матрасиком была уже
водворена в комнатке с грязными обоями и ночевала в обществе
Федора Тимофеича и гуся.
|
